Самоочищение фресок в храме породило споры между Македонской Церковью и реставраторами

Неоднозначное заключение экспертов из Центра консервации «о самоочищении фресок от копоти в храме великомученика Димитрия Солунского в Скопье» вызвало недоумение в местной епархии Македонской Православной Церкви, до сих пор непризнанной во вселенском Православии. Изучив фрески, реставраторы пришли к заключению, что человеческая рука не повлияла на их очищение. Но, вероятно, оно произошло благодаря обильному конденсату, который оседал на стенах храма и, стекая, смывал грязь, считают реставраторы. Уровень влажности мог повышаться в плохо проветриваемом храме в периоды обильных дождей, либо капли воды могли попадать на стены случайно, во время влажных уборок помещения. 

От редакции. См. по данной теме статью «Фрески самообновились к посрамлению нерсесянов»: http://expertmus.livejournal.com/50225.html



Напомним, что самоочищение покрытых слоем копоти нескольких фресок в храме, возведенном в XV-XVI вв. и расписанном в конце XIX в., произошло 8-9 апреля 2012 г. Старые и тусклые фрески на стенах храма сами собой начали очищаться от пыли и грязи, а позолоченные части изображения святых стали светиться. Многие сочли это чудом, что вызвало широкий резонанс в македонском обществе: храм посетили глава Македонской Церкви архиепископ Охридский Стефан, премьер-министр Македонии Никола Груевский и тысячи македонцев. 

«Это настоящее чудо! Все началось вчера с центральной части иконостаса и продолжается до сих пор», - сказал священник церкви Святого Димитрия Димчо Малинов. По данным священника, иконы стали блистать и приобретать яркие насыщенные цвета, будто их кто-то начищает. По сообщению ТСН, позолота сначала краснеет, а затем приобретает ярко золотистый оттенок и почти светится. 

«Вы сами можете увидеть, как иконы "очищаются" сверху вниз прямо на глазах», - сказал Малинов журналистам, которые подтвердили удивительное зрелище фотоснимками (см. фото).



В епархии Скопье выразили радость по поводу признания, что человеческая рука не повлияла на очищение фресок, но и выразили недоумение относительно мнения о высокой влажности как причине очищения больших по площади фресок, расположенных в разных частях храма. В епархии напомнили, что ранее при обильных дождях и высокой влажности на улице (даже во время последней зимы 2011-2012 гг., когда в Македонии выпало аномальное количество снега) в храме не происходило каких-либо подобных процессов самоочищения. Из-за отсутствия в храме канализации уборка в нем проводится нерегулярно и с помощью средств, не предполагающих использование большого количества воды. Эксперты также не смогли объяснить, почему после очищения на фресках проступили иные оттенки цветов, отличные от изначальных, а колорит некоторых фресок продолжает постепенно меняться. 

Священнослужители Скопской епархии считают, что противоречия в заключении экспертов лишь указывают на сверхъестественное объяснение самоочищения фресок, и выразили надежду, что в скором времени будет сформирована специальная комиссия для подтверждения чудесного самоочищения фресок, сообщает официальный сайт Македонской Православной Церкви. 

© Блог научного коллектива Музея имени Андрея Рублева.

Эвакуация во спасение

Последнее обращение Саввы Ямщикова к министру культуры Александру Авдееву:


«Уважаемый Александр Алексеевич, вынужден довести до Вашего сведения, что исключение меня из состава членов Межведомственного совета по перемещенным ценностям и из рабочей «Бременской группы» не есть ошибка. Это стало продолжением преступной деятельности группы коррупционеров, старающихся «безвозмездно» вернуть странам, воевавшим против Советского Союза во Второй мировой, жалкие остатки трофеев, которые не успели раздарить «щедрый» Хрущев и другие генсеки товарищам по партии... С помощью членов Комиссии мне удалось предотвратить попытку Б. Ельцина подарить «другу Коллю» Библию Гуттенберга из библиотеки МГУ. А венграм - «Венгерскую коллекцию». 

В Бремене мы заключили с местными властями компенсаторный договор, когда российская сторона, оставив у себя десять лучших листов работы Дюрера, Боттичелли и других классиков, возвращала бы по частям украденные Балдиным бременские трофеи. Взамен мы получали бы деньги на восстановление разрушенных нацистами древних церквей Новгорода и Пскова.

О том, как пришедший во власть г-н Швыдкой разогнал Комиссию по реституции, чтобы вместе со своими единомышленниками Хорошиловым и Вилковым передать «Бременскую коллекцию» «безвозмездно» Германии, не поленитесь, Александр Алексеевич, прочесть в моей книге «Возврату не подлежит». Мало не покажется! Вы узнаете, как тогдашний президент В.В. Путин увидел припрятанный Швыдким наш бременский договор, экземпляр которого у меня сохранился и который я показал по российскому телевидению. Как он позвонил Николаю Губенко, бывшему председателю Комитета по культуре Госдумы РФ и посоветовал руководствоваться моим договором при решении бременской проблемы. Но Швыдкой совет Президента проигнорировал. 

Как говорится, жалует царь, да не балует псарь. Проигнорировал Швыдкой и заявление Н. Губенко в телепрограмме «Посткриптум» о 280 миллионах долларов отката, выдаваемых за «безвозмездный» дар Бремену торгующейся стороной.

По моему настоянию был создан нынешний Межведомственный совет, когда министром культуры стал А.С. Соколов. На его заседаниях я рассказал членам немецкой делегации, какую грязную игру вели с ними жуликоватые клевреты Швыдкого... Видимо, команду Швыдкого мой демарш порадовал, и они решили совсем от меня избавиться, выведя из состава Совета, не имея на то никакого права. Коррупция бессмертна, а деньги - основа культуры «по-швыдковски». С надеждой на взаимопонимание. Савва ЯМЩИКОВ. 16 июля 2009 г.»: http://expertmus.livejournal.com/35507.html

Николай Никандров, редактор Сводного каталога

1 июля 1941 г. из Ленинграда в Свердловск отправился первый эшелон особого назначения. В 22-х вагонах находились 500 тыс. музейных ценностей — вся экспозиция и сокровища Особой кладовой Эрмитажа. За двадцать последующих дней сотрудники музея сумели отправить в Свердловск более 70 тыс. экспонатов. Примерно по такой же схеме в сжатые сроки были эвакуированы сокровища Русского музея. В течение лета 1941 г. благодаря усилиям музейщиков удалось отправить в Ульяновск фонды Центрального Военно-Морского музея, в Новосибирск Артиллерийского Исторического музея, в Горький Государственного музея этнографии, в Иркутск Музея революции РСФСР. Около 12 тыс. музейных предметов нашли приют за крепкими стенами Исаакиевского собора. Всего из пригородных дворцов-музеев было эвакуировано 40 765 самых ценных предметов. Весьма небольшая часть того, что имелось. Оставшиеся ценности были законсервированы и спрятаны на территории самих дворцов-музеев (крупногабаритная мебель, дворцовая и парковая скульптура).

 
В Царском селе

В июне 1941 г. на совещании в Наркомпросе РСФСР прозвучали слова о нецелесообразности «преждевременно свертывать музеи столицы». Но «свертывать» пришлось. Оперативно организованное «Государственное хранилище № 1», куда поместили ценности Государственного Исторического музея, музея Революции СССР, Литературного музея, Политехнического, музея народов СССР и др., отправили на восток водным путем на перегруженной барже. По пути баржа попала под бомбежку, в темноте столкнулась со встречным судном и получила пробоину. Однако груз благополучно доставили до пункта назначения. 

15 августа 1941 г. по инициативе Наркомпроса РСФСР в Москве приступили к созданию объединенного «Госхранилища № 2». Сотни ящиков с экспонатами стали поступать на Берсеневскую набережную в помещения церкви «Николы на Берсеневке». Однако в октябре, когда в Москве создалось особо опасное положение, выяснилось, что музейные ценности из «Госхранилища № 2» не только не эвакуированы, но фактически брошены на произвол судьбы. Начальник хранилища самовольно покинул город. В декабре 1941 г. четыре железнодорожных вагона с музейными предметами ушли в Омск. Ценности, оставшиеся в церкви «Николы на Берсеневке» были взяты под охрану.

Сокровища Государственной Третьяковской галереи (ГТГ) были эвакуированы в июле 1941 г. Специальным поездом под усиленной охраной было отправлено 634 ящика с картинами, графикой и скульптурой русских мастеров. Картины и скульптуры, которые не удалось вывезти, до конца войны находились в Москве в здании галереи. Оставшиеся ценности Государственного Исторического музея хранились в его подвалах. http://www.lostart.ru/ru/

В коллекциях Патриарха и Путина обнаружены подделки

От редакции. Как призналась недавно замдиректора Департамента господдержки искусства Минкультуры РФ Екатерина Селезнева, бывший гл. хранитель Третьяковки: «Подделки существовали всегда, но такого пугающего количества раньше не было. Мне представляется, что всем этим заправляет некий международный квалифицированный картель. Там работают очень грамотные искусствоведы, талантливые исполнители копий, которые очень хорошо разбираются в новейших технологиях. Музейную маркировку не сложно уничтожить. Иногда, конечно, на задник картины ставится штамп, особенно если картина дублированная, то есть наклеенная на другой холст. В других случаях маркировку ставят на обороте полотна, на подрамник, а на самой картине нет никаких следов. Со скульптурой и прикладным искусством еще проще — инвентарные номера клеятся на тоненький лак или клей, и стереть их никакого труда не составляет». О размахе оборота фальшаков говорит красноречивый пример, что подделки обнаружены даже в коллекции бывшего директора ФСБ РФ!

Так что легко можете себе представить весь ужас одной из хранительниц икон в нашем Музее имени Андрея Рублева, когда она с ужасом обнаружила вместо подлинников фальшаки:-( К сожалению, вместо того чтобы бить во все колокола, она имела неосторожность поделиться сем фактом со священником Александром Салтыковым, который не раз был уличен во лжи: http://expertmus.livejournal.com/15340.html. Как вы уже догадываетесь, хранительница была незамедлительно уволена погрязшим в беззакониях директором ЦМиАР Геннадием Поповым. Под стать главе музейной администрации и его окружение, взять хотя бы сотрудницу Комашко Наталью Игнатьевну 1961 г.р., которая ухитрилась под боком у директора держать свою частную конторку по выдаче экспертиз:-) К чему это приводит поведал коллекционер Виктор Бондаренко: «Я купил как-то икону с инвентарным номером Александра III, экспертиза которой была дана Музеем Андрея Рублева. Естественно, мне и в голову не пришло, что икона, экспертизу которой дало такое уважаемое учреждение, может быть краденой. Вскоре … приехала опергруппа: икона оказалась краденной из музея города Иваново»: http://expertmus.livejournal.com/63555.html

«Российский антикварный салон открылся в Москве на минувшей неделе. Посетителям, а среди них уже были замечены весьма важные и состоятельные персоны, обещаны галереи музейного уровня.

Фон, правда, мероприятие сопровождает неоднородный. С одной стороны, по мнению экспертов, рынок этот, — ежегодный оборот в России, кстати, миллиард долларов, — считается более прибыльным и устойчивым к кризисным явлениям, чем фондовый. С другой, как раз отечественный его сегмент то скандалами сотрясается, то упреки в непрозрачности заслуживает.

Корреспондент НТВ Александр Калинин попробовал разобраться, по чьей вине наш рынок антиквариата наводняют подделки, и как шедевр можно отличить от фальшивки.
Антиквариатом в России принято считать любую вещь старше 50 лет, созданную руками человека. Она должна быть раритетной, несерийной, художественно, культурно или исторически ценной. В этот смысловой диапазон попадает безумное количество предметов — от конфетных фантиков царских времен до шедевров Малевича. Мир будто помешался на коллекционировании и того, и другого. В общем, более собирательного термина, чем антиквариат, трудно придумать.
Бронированные окна, Верховный суд и пара иностранных посольств по соседству. Спокойному сну коллекционера Перченко ничто не мешает, а ведь должно. Его сталинка в центре Москвы сама похожа на сон. Стол в гостиной - 60 тысяч. Картина на стене - 100. Наконец, любимая вещь в доме - 750 тысяч. Все цены - в евро. Ну, как тут уснуть?!

Михаил Перченко, коллекционер: «Это алтарь Гогенцоллернов-Зигмарингеров, заказанный в 1505 году и исполненный в Антверпене, потому что на каждой фигуре стоит "антверпенская ладонь». Подлинность своих раритетов Михаил Перченко гарантирует, как никак президент Гильдии оценщиков при Международной конфедерации антикваров и арт-дилеров. Ему верят. Пушкинский музей в этом году выставил его коллекцию в Белом зале, потому что своей такой же не располагает. Но это скорее исключение, чем правило. Полной свободой от подделок нынче может похвастаться не каждый коллекционер.

Михаил Перченко: "Очень высокий чиновник подарил патриарху тогдашнему Алексию Богоматерь, будто бы написанную св. Лукой. Но новый патриарх Кирилл решил проверить. Вызвал профессионального искусствоведа, который сказал, что это американская подделка 90-х годов": http://expertmus.livejournal.com/63555.html

В антикварных кругах это уже банальщина. Все знают: от подделок не спасают ни заоблачные цены, ни именитые эксперты. Случай с Виктором Вексельбергом - показательный. В 2005-м российский миллиардер купил на аукционе Christie’s ’картину "Одалиска" кисти Бориса Кустодиева. Полотно ушло с молотка за 3 миллиона долларов. Через год специалисты Центра имени Грабаря, Русского Музея и Третьяковки вынесли вердикт: россиянина надули. С тех пор минуло почти шесть лет, а миллиардер все тщится вернуть миллионы и тратит сотни тысяч на адвокатов.

Владимир Рощин, издатель Каталога подделок произведений живописи: "Я хотел бы обратиться к коллекционерам и к арт-дилерам, честным, естественно, чтобы проверили свои коллекции еще раз. До сих пор многие не знают, что у них висит на стене". А вот Владимир Рощин, кажется, знает. Его Каталог подделок произведений живописи наделал шуму в антикварных кругах. "Одалиска" Вексельберга красуется на первой странице пятого тома. В остальных томах - еще тысяча наименований. Многосерийностью своей работы Рощин обязан нечистым на руку экспертам. Пока они выдают заключения на поддельные картины, невеселых картинок для шестого тома точно хватит.

Владимир Рощин: "Законодательство недостаточно проработано в этой сфере. Эксперта можно привлечь к ответственности только в одном случае, когда будет доказано умышленное его согласие на то или иное действие. Другими словами, когда он просто взял деньги, заведомо зная, что это, допустим, не Шишкин, не Айвазовский. А написал, что это так, за что получил деньги. Вот если он в этом признается, только тогда накажут. А этого он никогда не сделает".
Понять экспертов несложно, если вникнуть даже не в суть, а в цену вопроса. В рейтинге самых дорогих картин русских художников "Радуга" Константина Сомова оценена в 3 миллиона фунтов. "Испанка" Натальи Гончаровой обошлась покупателю в 6 миллионов. "Юбилей" Марка Шагала. Последний ценник - 13,5 миллионов долларов. За 19 миллионов с аукциона продали "Фугу" Василия Кандинского. Как минимум 60 миллионов долларов нынче стоит "Супрематическая композиция" Казимира Малевича.

Даже в знаменитой Третьяковке не обошлось без конфуза -в 2008-м руководство галереи официально признало: в коллекции музея обнаружились 96 подделок. Нечистоплотных коллег поувольняли. 

Химик-органик Алексей работает экспертом уже три года. На картины он проливает ультрафиолетовый свет. В его лучах видны следы реставраций и поздних вмешательств. Особое внимание - авторской подписи. Алексей Черников, химик-эксперт: "Что обычно характерно для подделок? Что данная область начинает неестественно светиться".

Следующий этап - изучение под микроскопом. Тут все внимание - на трещины красочного слоя, кракелюры. Мошенники частенько нанимают хороших графологов, чтобы подписать неизвестную работу и выдать ее за новый шедевр признанного мастера. Алексей Черников: "Он начинает подписывать, и, как вы понимаете, краска, которой он пишет, затекает в кракелюр. Естественно, это будет видно под микроскопом".

Последний этап - рентгенофлуоресцентная спектроскопия. За сложным названием - простой химический анализ красок. По наличию в них свинца, цинка или титана можно определить нижнюю временную границу создания работы. Например, в той, которую исследовал химик, - много цинка. Значит, написана она не раньше 1890 года. Именно тогда появились цинковые белила. Алексей Черников: "Вы тоже должны понимать правильно, что цинковые белила тоже никуда не исчезли. К сожалению, сказать, что их сложно изготовить, будет абсолютной неправдой".

Абсолютной правды на российском антикварном рынке вообще не сыскать. К примеру, его точный объем, как улыбка Джонконды, - та еще загадка. Михаил Каменский, генеральный директор аукционного дома "Sotheby’s Россия": "Об этих данных можно только гадать, потому что никто никогда в России этот рынок не мог измерить точно. Он либо черный, либо серый". Абстракционизм, может, и красит работы Малевича, но точно не рынок, на котором они продаются. Юристы тут безжалостны: нужны прозрачность и отказ от устаревших традиций.

Никита Семёнов, юрист, консультант крупных антикваров: "Нужно в первую очередь причесывать свой собственный бизнес, то есть переводить его из состояния договоренности, как это было всегда принято, в правовое русло. Нужно всегда четко прописывать те договоренности, которые существуют между коллекционером, дилером, галеристом". Мерилом открытости антикварного рынка обычно выступают аукционы. Может, поэтому Sotheby’s не спешит проводить их в России. Зачем, если зал будет пустым?

Запустение на одном из отечественных аукционов — верный признак: покупать в открытую наши коллекционеры еще не привыкли. Российскому аукционному дому скоро год, но юбилей выходит какой-то грустный. Светлана Честных, эксперт департамента по работе с антиквариатом и предметами искусства Российского аукционного дома: "Неприятие со стороны антикварного сообщества. Это значит, что мы заходим на чужую территорию и не даем двигаться черному рынку. Мы-то пытаемся сделать торги открытыми, мы-то пытаемся показать владельцу предмета его настоящую цену".
На 31-м Российском антикварном салоне жалобы обратного толка. Клиенты теряются в ассортименте. 100 тысяч наименований - нашлись бы покупатели!

Наталья Корень, директор российских антикварных салонов: "Здесь вещи только шедевры, только первой величины. Вот портрет молодого Александра I кисти Боровиковского".
Впрочем, эта часть экспозиции — проект некоммерческий. К остальному кое-кто уже присмотрелся. Накануне по залу прошлись вип-гости - избранные коллекционеры из числа клиентов крупного российского банка. С некоторых экспонатов многомиллионные ценники уже сняли. Продано» (Репортаж НТВ)


© Блог научного коллектива Музея имени Андрея Рублева.




 

ТАЙНА НОВГОРОДСКИХ ТАБЛЕТОК (экспертиза)

экспертиза
Владимир Тетерятников (1938–2000)




ТАЙНА НОВГОРОДСКИХ ТАБЛЕТОК
http://www.antiqoboz.ru/7.pdf

Генпрокуратура взялась за Министерство культуры, а в Музее имени Андрея Рублева просто караул!

Дмитрий Абрамов: Генпрокуратура взялась за Министерство культуры, а в Музее имени Андрея Рублева уже просто караул кричи!

Именно «бардак» в учетно-хранительской документации является той питательной средой, в которой совершаются музейные хищения и подмены...

---

14 ноября 2012 г. Генпрокуратура РФ внесла представление министру культуры В.Р. Мединскому из-за нарушений, выявленных при проверке законности в сфере обеспечения сохранности объектов музейного фонда и охраны объектов культурного наследия, сообщается на сайте надзорного ведомства. «Важнейшей остается проблема сохранности музейных экспонатов. Ненадлежащие условия хранения культурных ценностей являются одной из главных причин, способствующих их хищениям, в том числе из музеев», - говорится в пресс-релизе.

Как отмечено Генпрокуратурой, в нарушение Федерального закона «О музейном фонде Российской Федерации и музеях Российской Федерации» органы государственной власти и местного самоуправления, дирекции музеев не обеспечивают их должную охрану от преступных посягательств. По состоянию на июль 2012 г. без какой-либо охраны находилось более 10 тыс. объектов, в которых хранятся музейные предметы!

Можайской городской прокуратурой Московской области по материалам Счетной палаты Российской Федерации установлен факт хищения в Государственном Бородинском военно-историческом музее-заповеднике 24 музейных предметов (картины, иконы, личные вещи участников боев и др.), входящих в состав Музейного фонда Российской Федерации. По материалам прокурорской проверки отделом МВД России по Можайскому району ГУ МВД России по Московской области возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 158 УК РФ (кража).

Нередко хищениям музейных экспонатов способствует отсутствие их должного учета и инвентаризации. В ряде случаев они поступают и хранятся в музеях без какой-либо документации, полноценных описаний и фотофиксации, что ведет к неправомерному распоряжению ими работниками музеев, в том числе их расхищению и подмене.

Не всегда соблюдаются требования закона при оформлении договоров безвозмездного пользования с Минкультуры России, включении музейных предметов и коллекций в состав Музейного фонда Российской Федерации, регистрации в Государственном каталоге Музейного фонда Российской Федерации. Прокурором г. Черногорска Республики Хакасия установлено, что 29313 экспонатов основного фонда Музея истории г. Черногорска хранятся без соответствующих экспертных заключений, музейное собрание предметов и коллекций в Государственном каталоге Музейного фонда Российской Федерации не зарегистрировано. В связи с этим городской прокуратурой предъявлено в суд исковое заявление с требованием обязать руководство музея и администрацию города обратиться в Минкультуры России по вопросу проведения соответствующей экспертизы, которое удовлетворено.

Кроме того, Генеральной прокуратурой Российской Федерации установлены нарушения Минкультуры России законодательства при реализации Федеральной целевой программы «Культура России (2006-2011)», утвержденной постановлением Правительства РФ от 08.12.2005 № 740, в части обеспечения проведения реконструкции, реставрационных и противоаварийных работ на объектах культурного наследия, находящихся в федеральной собственности. Вопреки п. 1 ст. 45 Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» Министерством допускались к таким работам организации, не имеющие разрешения органа охраны объектов культурного наследия на их проведение. Кроме того, Минкультуры России не всегда обеспечивается осуществление авторского надзора за работами по сохранению памятников истории и культуры.

В связи с изложенным Генеральная прокуратура Российской Федерации внесла министру культуры Российской Федерации представление об устранении нарушений федерального законодательства и направила в его адрес информацию о состоянии законности при обеспечении сохранности объектов музейного фонда.

Однако Министерство культуры РФ заявило, что проверка законности в сфере обеспечения сохранности объектов музейного фонда и охраны объектов культурного наследия еще только будет проводиться. «По имеющейся в ведомстве информации, Генеральная прокуратура еще только будет проводить проверку сохранности объектов культурного наследия, и, разумеется, проверяющим будет оказано все возможное содействие»,- сообщили и в Минкультуры РФ.

Нельзя не заметить, что активизация антикоррупционных действий органов прокуратуры в сфере культуры проходит на фоне массовых протестов самих музейных сотрудников, о чем шла речь в статье «Музейный бунт против коррупции в культуре»: http://www.echo.msk.ru/blog/expertmus/945109-echo/

Пока Генпрокуратура ограничивается отработкой по тем материалам, которые были ранее собраны Счетной палатой Российской Федерации. 18 января 2012 г.  по результатам заседания коллегии Счетной палаты РФ под председательством Сергея Степашина 13 января 2012 г. по результатам проверки Министерства культуры было вынесено заключение, с которым выступил аудитор Сергей Агапцов. Счетная палата обнаружила недостатки в расходовании бюджетных средств на федеральную целевую программу «Культура России (2006 - 2011 годы)» в 2009 - 2010 гг. и первом полугодии 2011 г. Счетная палата РФ, в частности, указывает на то, что Министерство культуры РФ не обладает необходимой информацией о количестве и состоянии памятников, поскольку до сих пор ведомство не удосужилось разработать единый государственный реестр объектов культурного наследия в России. См. подробности в статье «Счетная палата послала Авдееву "черную метку"»: http://rublev-museum.livejournal.com/279294.html

Надо сказать, что Счетная палата Российской Федерации вновь активизировала свои усилия на  весьма «коррумпированной» отрасли культуры именно с приходом аудитора Сергея Агапцова. Напомним, что в 1997 г. Счетная палата РФ в результате одной-единственной проверки выявила факт нецелевого расходования (РАСТРАТЫ) директором музея  Геннадием Викторовичем Поповым бюджетных средств в особо крупных размерах, насчитывающих МИЛЛИОНЫ РУБЛЕЙ (АКТ Счетной палаты Российской Федераций о результатах проверки в Центральном музее древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева целевого и эффективного использования средств федерального бюджета, выделяемых по федеральной целевой программе «Развитие и сохранение культуры и искусства в Российской Федерации» от 20 марта 1997 г.: http://expertmus.livejournal.com/2748.html

Проверка нашего Музея Счетной палатой в 1995-97 гг. показала, что значительная часть музейного собрания не имеет достаточно полных инвентарных описаний, фотофиксации, условий хранения, не может быть с точностью идентифицирована с записями в учетных книгах:  http://expertmus.livejournal.com/2380.html

Именно «бардак» в учетно-хранительской документации, как совершенно справедливо отмечено в представлении Генпрокуратуры на имя министра культуры Мединского, является той питательной средой, в которой совершаются музейные хищения и подмены.

Массовым кражам в музеях России была посвящена 14 ноября 2010 г. нашумевшая передача на канале «Россия 1», где был показан сенсационный репортаж Бориса Соболева о разворовывании предметов искусства в музеях России (см. видео: http://video.yandex.ru/users/rublev-museum/view/7) в связи с обнародованием 7 сентября 2010 г. Минкультом РФ страшной цифры пропажи … почти четверти миллиона музейных экспонатов!

Как ни странно, вместо благодарности сотрудникам СМИ, поднявшим столь острую проблему, целый ряд чиновников Министерства культуры и аффилированных с ними должностных лиц попытались грубо «наехать» на тележурналистов, как например, пресс-секретарь комитета Госдумы по культуре Мария Токмашева, помощница нынешнего замминистра культуры Григория Ивлиева, которая со страниц газеты «Культура» 18 ноября 2010 г. заявила, что целью Бориса Соболева было «просто попугать наивную публику»?! Вот так, ни больше ни меньше! Думской секретарше, оказывается, даже невдомёк из-за чего весь сыр-бор, коли «не найдено», как она изячно выражается, всего лишь «2 - 3 процента от количества предметов, хранящихся в наших музеях», да и то «в эти ПРЕСЛОВУТЫЕ 242 тыс. экспонатов входят и десятки тысяч утерянных во время войны, и тысячи, изъятые по прямым указаниям советских вождей для подарков именитым гостям, а то и для прямой продажи за рубеж»… Действительно, подумаешь, одной музейной ценностью больше, одной меньше, какая разница, Россия ведь настолько богата, что воруй – не разворуешь:-)
Другой замминистра культуры Андрей Бусыгин в интервью той же Марии Токмашевой 18 февраля 2011 г. попытается, как говорится, «на чистом глазу» уверить нас с вами, что пропадает «в основном научно-вспомогательный фонд»: «речь идет о дубликатах, книгах, вырезках из газет, фотографиях, негативах, плакатах, чучелах животных...»:-)

Так ли это на самом деле, судите сами по краткому перечню музейных краж только за последние годы:

В январе 1994 г. из Золотой кладовой Эрмитажа сотрудниками милиции из охраны музея были похищены римские монеты 37 - 41 гг. н. э. и две медали 177 - 192 гг. стоимостью $ 200 тыс. В том же году электрик Эрмитажа украл из музея редчайшую древнеегипетскую чашу стоимостью около $ 500 тыс. В 1994 г. из Русского географического общества похищена картина Ивана Айвазовского «Солнечное затмение в Феодосии» стоимостью $ 1,5 млн.
В 1998 г. из запасников Таганрогского художественного музея была украдена картина Генриха Семирадского «Утром на рынок» стоимостью $400 тыс., которая  в июле 2004 г. была обнаружена в доме сенатора РФ!
5 декабря 1999 г. из музея Российской академии художеств, возглавляемой Зурабом ЦЦеретели, было похищено 16 картин русских художников XVIII-XIX вв., в том числе Крамского, Репина, Шишкина и Тропинина, стоимостью $1,1 млн.
В 2000 г. в Российском государственном архиве литературы и искусства (РГАЛИ) была расхищена путем замены на «куклы» графика знаменитого архитектора Якова Чернихова, причем 250 листов, оцененных в $1,3 млн., задержали на внутреннем арт-рынке. В том же году из Государственного Исторического музея похищено более 300 произведений, а из Музея истории Санкт-Петербурга хранитель отдела оружия потихоньку распродал 180 единиц хранения.
22 марта 2001 г. в Эрмитаже была вырезана из подрамника и вынесена средь бела дня из 330-го зала картина французского художника Жана Леона Жерома «Бассейн в Гареме» 1876 г. страховой стоимостью $1 млн., в свое время купленная лично Александром III.
В августе 2003 г. стало известно о краже из запасников Астраханской государственной картинной галереи картины Ивана Айвазовского «Восход» и Алексея Саврасова «Оттепель» стоимостью около $ 2 млн. каждая (реставратор в сговоре с директором галереи и гл. хранителем вывезла из музея подлинники, подменив их на копии).
В ночь на 6 августа 2004 г. в городе Плёс Ивановской области из Музея пейзажа была похищена картина Ивана Шишкина «Луг на опушке леса. Сиверская» (1887) стоимостью $100 тыс., попавшая  в ноябре 2005 г. на экспертизу в ВХНРЦ им. Грабаря.
Всего в 2001-2004 гг. в музеях РФ было совершено 95 краж, похищено около 4 тысяч предметов!
В 2005 г. из Устюженского краеведческого музея Вологодской области похищено 9 храмовых икон XVI в. стоимостью несколько сот тысяч $. Из музея города Иваново была украдена икона с инвентарным номером Александра III, которая попала на арт-рынок после фальшивой экспертизы за подписью Н.И. Комашко в Музее им. Андрея Рублева.
В 2005 г. из Эрмитажа была украдена ваза польских мастеров XIX в. прямо со стола из временной экспозиции «Русский кабинет». В том же году из Кунсткамеры похищены редчайшая китайская ваза и статуэтка «Бегущий бог». Тогда же с витрин Центрального музея Вооруженных сил специалистами по сигнализации было похищено при монтаже экспозиции 68 германских наград периода Второй мировой войны.
30 июня 2005 г. из выставочного зала Федеральных архивов было похищено 9 предметов, в т.ч. золотой почетный значок члена НСДАП, который Адольф Гитлер постоянно носил на правой стороне пиджака.
Всего в 2005 г. в российских музеях было зарегистрировано 24 кражи, похищено около 1 тысячи 700 предметов!
В Музее истории Петербурга (Петропавловская крепость) смотрителем Константином Карасевым с 7 подельниками была украдена тысяча с лишним экспонатов путем замены на копии. 31 июля 2006 г. стало известно о пропаже из Эрмитажа 221 экспоната, оцениваемых в 130 млн. рублей.
Акт проверки Владимиро-Суздальского музея от 16 июня 2007 г. констатировал отсутствие 54 предметов основного фонда и 26 – научно-вспомогательного, итого 80 предметов,  в т.ч. археологические находки всемирно известной Сунгирской палеолитической стоянки, а 12 предметов музейного значения были украдены прямо из экспозиции с 1988 по 2003 год.
1 апреля 2008 г. из квартиры-музея Рериха в Москве были украдены 4 его картины «Весть Шамбалы» («Стрела письмо»), «Тень Учителя», «Бум-Эрдени» и «Сергий-строитель» стоимостью в миллионы евро.
31 июля 2008 г. в Эрмитаже в ходе проверки была обнаружена пропажа знаменитых эмалей XV – XIX вв. в количестве 221 предмета из хранения Русского отдела Эрмитажа стоимостью 130 млн….

Это далеко не полный мартиролог нашего культурного наследия!

Именно благодаря резонансу вокруг скандальной кражи из Эрмитажа Владимир Путин дал президентское поручение провести тотальную инвентаризацию музейных фондов, которая была поручена в 2006 г. Д.А. Медведеву: http://expertmus.livejournal.com/55210.html Увы, ни сигналы Счетной палаты (Администрация ЦМиАР устроила торг в ХРАМЕ), ни газетные разоблачения эрмитажных дельцов (http://community.livejournal.com/rublev_museum/24127.html) такого эффекта, как кража, не возымели. Так что «пожар способствовал ей много к украшению»:-(

Столь масштабная проверка музеев проходила впервые в нашей стране, ведь предыдущая проводилась в СССР с 1976 по 1988 год (целых 12 лет!). Поэтому не могут не удивлять попытки российской номенклатуры списать пропажи на «годы войны, советских боссов и Лубянку». Может быть, у кого-то и коротка память, а эксперты знают, что еще в годы войны советское правительство создало госкомиссию, куда входил Петр Дмитриевич Барановский, для точного учёта всего ущерба. Разумеется, тогда никому и в голову не приходило числить на хранении погибшие экспонаты, а нынешние чичиковы опять манипулируют «мертвыми душами» и пытаются скостить цифру в четверть миллиона за счет «3 тысяч предметов, утраченных в годы Великой отечественной войны», по словам замруководителя Росохранкультуры Виктора Петракова.

У чиновников даже расхождения в оценках объемов российского музейного фонда весьма значительны: Михаил Швыдкой в бытность руководителем ФАКК Роскультуры называл цифру в 50 млн. ед.хр., замруководителя Росохранкультуры Анатолий Вилков говорит уже о 100 млн., замминистра культуры Андрей Бусыгин озвучил общее количество музейных предметов в 72,7 млн. единиц, а замруководителя Росохранкультуры Виктор Петраков в октябре 2008 г. указал 83 млн. проверенных комиссией предметов…

Как правильно заметил в своём репортаже Борис Соболев, у нас в России подобные вещи даже не берутся в расчет. Никто не уволит с работы искусствоведа, давшего неправильное заключение – осознанно или нет, никто не лишит его профессорского звания и не привлечет к уголовной ответственности. Напротив, Тамара Шумная, директриса Музея современной истории (б. Музей Революции), где пропали рукописи императорских указов Николая Первого, телеграмм Николая Второго (всего отсутствуют 15 тысяч 554 предмета!), вовсе не на пенсии, а пошла на повышение. Теперь ее должность называется президент, президент музея. Точно также как и Александр Шкурко из ГИМа, и Михаил Пиотровский из ГЭ, при которых были крупнейшие кражи из музеев, где они директорствовали! А в нашем Музее имени Андрея Рублева (ЦМиАР) главный хранитель Людмила Тарасенко  быстро улизнула в Государственный Исторический музей, когда директором ЦМиАР Геннадием Поповым стали всерьез интересоваться правоохранительные органы: http://expertmus.livejournal.com/44966.html

У г-на Пиотровского, видно, память отшибло про эпизод со «взаимозачетами» при капстроительстве фондохранилища Эрмитажа на кругленькую сумму свыше 17 млрд. руб. (в ценах 1997 г.), который выявили аудиторы Счетной палаты, признавшие «нецелевыми расходами» огромные суммы, в т.ч. свыше 10 млн. руб. … на доплаты к зарплатам, а  сам Пиотровский попытался свалить вину за «сомнительные» финансовые операции … на первого замминистра финансов Кудрина. Не вспомнился ему и Геннадий Попов, из-за разгильдяйства которого в стенах федерального учреждения культуры, каковым является наш Музей имени Андрея Рублева (ЦМиАР), после «левого» капремонта фондохранилища пошла ПЛЕСЕНЬ по древним иконам и пострадали измайловские иконы: http://expertmus.livejournal.com/52045.html

Правда, в 2003 г. директор ЦМиАР Г.В. Попов получил выговор от путинской комиссии (Пр. Минкультуры № 270 от 11.03.2003): http://expertmus.livejournal.com/17351.html  Как было сказано в Приказе Минкультуры, Музею имени Андрея Рублева было выделено «800 тыс. руб. для организации выставки «Аз есмь свет миру (Пять веков русской живописи)» в апреле-августе 2001 г. в Берлине. Страховая сумма оценки представленных на выставку подлинных икон 16-18 веков и фресок составила $ 8479 тыс. Указанные экспонаты без какого-либо материального возмещения экспонировались в Германии, Австрии, Швейцарии, Норвегии. На момент завершения проверки выставка в Музей не возвращена…». Самая страшная для ценителей русской иконописи фраза в Приказе Минкультуры: «принять действенные меры к возврату в Музей экспонатов выставки "Аз есмь свет миру (Пять веков русской живописи)» (этого из-за границы да еще при полном отсутствии "материального возмещения" на предметы Музейного фонда России?!). Из Приказа Минкультуры следует, что Геннадий Викторович Попов с подельниками попался на том, что они катали бесценное собрание русских икон по всей Европе, а весь навар шел к ним в карман, а не в государственную казну! 

Наш замечательный реставратор Савва Ямщиков в своей разгромной статье «РЫБА ГНИЁТ С ГОЛОВЫ» (взгляд музейного работника на «эрмитажные страдания») о мафиозной связке Швыдкой-Пиотровский, признался, что долго не мог опубликовать столь сенсационный материал, поскольку «ответы редакторов были стереотипными: “Боимся гнева хозяев”»…

После выхода телепрограммы «Специальный корреспондент» директор Эрмитажа Михаил Пиотровский даже разразился гневной филиппикой в интервью, которое опубликовало "ВРЕМЯ НОВОСТЕЙ", что де журналисты «нарочито» сняли «оскорбительный фильм о музеях». При этом, расточая дифирамбы по итогам «проведенной сплошной проверки,  г-н Пиотровский умолчал об очередной пропаже в Эрмитаже: http://community.livejournal.com/rublev_museum/24371.html
Эта проверка действительно стала «уникальным явлением в мировой музейной практике», как заметил директор ГЭ, но вся ее «уникальность» заключается в том, что проверялось лишь наличие предметов, а не их ПОДЛИННОСТЬ! Вместо проверки устроили сверку:-) Не случайно ведущие мировые эксперты-музейщики выражали крайний скепсис относительно качества полученных в ходе минкультовской проверки результатов, ибо в столь короткие сроки невозможно провести полноценные экспертизы предметов! Собственно говоря, об этом знает каждый, кто хоть раз обращался за музейной экспертизой. Не случайно в представлении Генпрокуратуры особо отмечено, что во многих случаях хищения совершались самими музейщиками путем подмены подлинников на копии (т.н. «фальшаки», по музейной терминологии).

В последние годы фальшаки стали изготавливать на самом высоком технологическом уровне. Еще ван Меегерен, «прославившийся» подделками «раннего» Вермеера, с успехом имитировал кракелюры с помощью туши для придания им более «древнего» вида (см. видео). На Западе сейчас производятся специальные ингредиенты для создания кракелюра, так что и трещины красочного слоя «на месте», и красители с левкасом те, что «нужно», да и приемы поновления ликов идентичны, коли фальсификаторы знают назубок особенности всех стилей древнерусской иконописи:-)

Современные фальшаки с успехом проходят даже техническую экспертизу с применением инфракрасной съёмки и ультрафиолетового подсвечивания, ведь появилось немало «антиэкранирующих» лаков и напылений, способных ввести в заблуждение неискушенных коллекционеров и малоопытных экспертов. Руководитель иконописного центра «Русская икона» Елена Князева не скрывает, что «технологически можно сделать все что угодно, ни один эксперт не поймает. И рентген пройдет, и цветовые пробы». Как призналась недавно замдиректора Департамента господдержки искусства Минкультуры РФ Екатерина Селезнева, бывший гл. хранитель Третьяковки: «Подделки существовали всегда, но такого пугающего количества раньше не было. Мне представляется, что всем этим заправляет некий международный квалифицированный картель. Там работают очень грамотные искусствоведы, талантливые исполнители копий, которые очень хорошо разбираются в новейших технологиях. Музейную маркировку не сложно уничтожить. Иногда, конечно, на задник картины ставится штамп, особенно если картина дублированная, то есть наклеенная на другой холст. В других случаях маркировку ставят на обороте полотна, на подрамник, а на самой картине нет никаких следов. Со скульптурой и прикладным искусством еще проще — инвентарные номера клеятся на тоненький лак или клей, и стереть их никакого труда не составляет». О размахе оборота фальшаков говорит красноречивый пример, что подделки обнаружены даже в коллекции бывшего директора ФСБ РФ!

Стоит напомнить, что всемирно известный эксперт Владимир Михайлович Тетерятников неоднократно высказывался в прессе о безответственности и корысти российских искусствоведов, особенно в профессорском звании. Рассказывал, как их «ценят» западные жулики:-) Характерно, что в Третьяковской галерее, когда работавший там Тетерятников выявил в фондах 20 (двадцать!) фальшаков и поднял вопрос о полномасштабной экспертизе икон, администрация на это не пошла. А вот второй по величине музей в Нью-Йорке и один из крупнейших в США Бруклинский музей публично объявил, что около десяти из тридцати предметов коллекции коптского искусства, хранящихся в египетском отделе, являются подделками или были серьезно переработаны в позднейшее время, и даже устроил в феврале 2009 г. выставку фальшивок, чтобы привлечь внимание музейщиков и публики к проблеме возможных подделок, которые могут находиться и в других музеях США. Об этом предупреждал еще в начале 1970-х американский византинист из Балтимора Гари Викан (Gary Vikan), что в музейных коллекциях могут находиться фальшивые предметы византийского или раннехристианского искусства.

Так что легко можете себе представить состояние одной из хранительниц икон в нашем Музее имени Андрея Рублева, когда она с ужасом обнаружила вместо подлинников … фальшаки!!! К сожалению, вместо того чтобы бить во все колокола, она имела неосторожность поделиться сем фактом со священником Александром Салтыковым, который не раз был уличен во лжи: http://expertmus.livejournal.com/15340.html. Как вы уже догадываетесь, хранительница была незамедлительно уволена погрязшим в беззакониях директором ЦМиАР Геннадием Поповым. Под стать главе музейной администрации и его окружение, взять хотя бы сотрудницу Наталью Комашко, которая ухитрилась под боком у директора держать свою частную конторку по выдаче поддельных экспертиз:-) К чему это приводит поведал коллекционер Виктор Бондаренко: «Я купил как-то икону с инвентарным номером Александра III, экспертиза которой была дана Музеем Андрея Рублева. Естественно, мне и в голову не пришло, что икона, экспертизу которой дало такое уважаемое учреждение, может быть краденой. Вскоре … приехала опергруппа: икона оказалась краденной из музея города Иваново»…

В нашумевшем в России скандале вокруг супругов Преображенских, владельцев галереи «Русская коллекция», оказались замешаны эксперты Третьяковской галереи и Центра им. Грабаря, которые выдали сертификаты «подлинности» на подделки. Из той же Третьяковки уволилась и М.П. Виктурина после того, как в ходе экспертизы картины «Работа в саду» сомнительного авторства ей предложили взятку в $500, а после категорического отказа была назначена повторная экспертиза с отстранением её экспертов, и картина была атрибутирована … как «подлинная». На стол министру культуры Авдееву недавно легло заявление от владельца картины русского художника И. Шультце от 02.07.2010 г., что завотделом научной экспертизы ВХНРЦ Анна Киселева вымогала у него $ 20 тыс.

О криминальном характере института экспертизы произведений искусства в России рассказывает фильм Владимира Рощина «Ошибки или афера» (2009), презентация которого состоялась накануне III международной выставки-ярмарки «Коллекционер» в Петербургском центральном выставочном зале «Манеж». Правда, в фильме не сказано об отсутствии экспертиз на подлинность вернувшихся с зарубежных выставок коллекций. В своё время в СССР вышло постановление Минкультуры об обязательном исследовании всех произведений искусства, участвовавших в зарубежных выставках, дабы избавиться от фальшаков. Теперь таких требований нет, поэтому директор галереи «Совком» Юрий Тюхтин вполне допускает, что «подмены оригиналов широко распространены, так что во время проверки музеев я порекомендовал бы обращать внимание не только на наличие экспонатов, но и на их подлинность». Так что, нужно опасаться не «поставщиков скрытой информации», как сгоряча заявил Михаил Пиотровский, а ФАЛЬШАКОВ:-)

Фальшаками бывают не только иконы, но и люди…
См. также по теме статьи –
«Псевдоюбилей» ЦМиАР и «липовая» концепция Г.В. Попова
Директор музея им. Андрея Рублева Геннадий Попов получил взятку...за музейную икону
«Свершилось: обыски и аресты в Третьяковке!!!»: http://expertmus.livejournal.com/79712.html
«Следствие начато, кто следующий?»: http://expertmus.livejournal.com/62544.html
«Президента МАРХИ обвинили в афере на 0,8 млн, а в Музее Рублева воруют миллионами!»:  http://rublev-museum.livejournal.com/364511.html
«Повторное обращение к Путину о правонарушениях в Музее им. Андрея Рублева»: http://expertmus.livejournal.com/13568.html
«КРАЖИ В МУЗЕЯХ РОССИИ»: http://expertmus.livejournal.com/63462.html
«Сохранность музейных предметов в ЦМиАР под угрозой»: http://expertmus.livejournal.com/4892.html
«ФАЛЬШАКИ»: http://expertmus.livejournal.com/63555.html

© Блог экспертов Музея имени Андрея Рублева, 2012

Раскол в Болгарской Церкви после кончины патриарха Максима

 

Дмитрий Абрамов: Раскол в Болгарской Церкви после кончины патриарха Максима

Митрополит Николай сожалеет, что стал первым высшим архиереем, наказанным за всё время патриаршего служения. По его мнению, критика его личности как митрополита подрывает не его личный престиж, а авторитет Церкви...

---

Один из самых известных архиереев Болгарской Православной Церкви (БПЦ) митрополит Пловдивский Николай обозначил свою официальную позицию относительно избрания наместником-председателем Синода БПЦ митрополита Варненского и Велико-Преславского Кирилла.

Именно пловдивский митрополит 21 января 2012 г. в софийском храме Св. Недели попросил у патриарха Максима прощения за грех сотрудничества высокопоставленных иерархов со спецслужбами. Любопытно, что в 2008 г. митрополит Пловдивский Николай опубликовал открытое письмо патриарху Максиму, в котором протестовал против выговора, сделанного ему Церковно-народным собором. В своем письме Пловдивский митрополит, которому Собор во главе с Патриархом Максимом вынес официальное выговор за самовольный уход с последнего соборного заседания, протестует против того, что его осудили клирики и миряне, в то время как, по его мнению, митрополит подлежит только суду своих собратьев-архиереев. Митрополит Николай сожалеет, что стал первым высшим архиереем, наказанным за всё время патриаршего служения. По его мнению, критика его личности как митрополита подрывает не его личный престиж, а авторитет Церкви. Митрополит Николай не раскаивается в своем поведении на Соборе, который он преждевременно покинул: http://echo.msk.ru/blog/expertmus/883523-echo/В открытом письме Святейшему синоду митрополит Николай заявил, что намерен хранить молчание в течение 40 дней и не участвовать в заседаниях Синода, сообщает портал "Православие.by" со ссылкой на информацию Sofia News Agency.




Митрополит Николай выразил также обеспокоенность по поводу избрания Синодом наместником-председателем митрополита Варненского и Велико-Преславского Кирилла (см. фото) путем тайного голосования, в результате которого митрополит Кирилл получил поддержку 7 из 12 голосовавших митрополитов. 

От редакции. Заметим, что избранный наместником-председателем Синода БПЦ митрополит Варненский и Велико-Преславский Кирилл является одним из самых могущественных иерархов БПЦ со времени своей работы на спецслужбу ДС ("агент Ковачев") на Афоне. См. статью «Тайные операции спецслужб на Афоне»: http://expertmus.livejournal.com/93905.html

В Болгарской Православной Церкви оказались никак не замешанными в сотрудничестве с «органами» почивший патриарх Максим и трое из 14 митрополитов, т.ч. митр. Пловдивский Николай, который  опротестовал избрание митрополита Варненского Кирилла временным главой Болгарской Церкви.

В целом нельзя не отметить, что ситуация в БПЦ весьма напоминает возню спецслужб в России после внезапной кончины патриарха Алексия II, когда всю власть в РПЦ узурпировали птенцы «гнезда Никодима», сделавшие как сексоты успешную церковную карьеру. На жуткие обстоятельства насильственной кончины своего Предстоятеля церковная полнота РПЦ ответила «молчанием ягнят»:-(

Напомним, что первое сообщение о страдальческой кончине патриарха Алексия 5 декабря 2008 г., которое митрополит Кирилл (Гундяев) озвучил в программе «Слово пастыря» на ОРТ было почему-то вырезано из эфира (см. видео), как и такие показания: «Стоны патриарха никто не расслышал… Когда и в половине девятого он не вышел (к завтраку), начали тревожиться… Через окошко ванной комнаты увидели его лежащим. Дверь взломали. Но тело уже остывало»: http://www.profile.ru/items/?item=29037

Сразу же игуменья Филарета (Смирнова), настоятельница подворья Пюхтицкого монастыря в Москве, попыталась оказать первую помощь патриарху Алексию II, поменяв первоначальное положение его тела, из-за чего был затянут процесс дознания: http://kem.kp.ru/daily/24405/580786/. На её плечи выпала и передача всего имущества патриаршей резиденции в Переделкино двоюродной сестре нового патриарха Кирилла, которая стала широко известна после скандала с их квартирой в Доме на Набережной:
http://echo.msk.ru/blog/expertmus/900652-echo/

См. Люстрация церковной агентуры в Болгарии, следующая - Россия?
http://rublev-museum.livejournal.com/281771.html



Митрополит Николай настаивает на том, что в голосовании должны были принять участие все 14 членов Синода (среди отсутствовавших значились митрополиты Западно- и Среднеевропейский Симеон и Американский, Канадский и Австралийский Иосиф). 

Согласно Уставу БПЦ (статья 63, пункт 2), наместник-председатель должен избираться более 50% голосов членов Синода и "голосование должно быть всегда открытым для того, чтобы дать возможность всем участникам высказать свое мнение, в том числе тем, кто не может присутствовать на заседании по какой-либо причине. Они могут голосовать в письменной форме или по телефону", пишет митрополит Николай. 

По его мнению, тайное голосование нарушает права отсутствующего члена Синода. 

Завершая письмо, митрополит Николай заявил, что хотел бы провести ближайшие 40 дней в трауре, молитвах и размышлениях, чего требует его христианская вера. Митрополит Николай также просит Священный синод извинить его отсутствие, если в ближайшие 40 дней состоится заседание Синода.



Подобным же образом поступил и митрополит Великотырновский Григорий (см. фото), который в открытом письме Святейшему синоду, опубликованном во вторник на официальном сайте БПЦ, заявил, что в связи с ростом критики в адрес Церкви, в частности, за нарушение Устава БПЦ при избрании наместника-председателя, отзывает свою подпись из протокола заседания Священного синода, на котором временным главой Болгарской Церкви был избран митрополит Варненский Кирилл.

К истории обихода книгописца, переплетчика и иконного писца при книжном и иконном строении

Материалы для истории техники книжного дела и иконописи, извлеченные из русских и сербских рукописей и других источников XV-XVIII столетий, вып. 1.
Тексты и примечания I-XIX.
С приложением XIV-ти таблиц снимков и рисунками в тексте. [СПб.], 1906 (= ПДПИ, CLXI)
Авторы: издал Павел Симони
Кол-во страниц: 327
Издательство: Императорское общество любителй древней письменности

Рецепты составления штукатурки и левкаса для фресковых стенописей дошли до нас в иконописных подлинниках в нескольких редакциях, изданных в трудах г. Григорова [Д.А. Григоров. «Техника фресковой живописи по русскому иконописному подлиннику» («Зап. И. Рус. Арх. Общ.» III, 1887 г.)] и Симони [П. Симони. «К истории обихода книгописца, переплетчика, иконного писца при книжном и иконном строении». Т. I, 1906 г.]. Согласно этим рецептам, известь для штукатурки под фресковое письмо приготовлялась особым способом, просеивалась грохотом и смешивалась с мелко изрубленным льном, или, согласно другим редакциям, более поздним, с плетенцами, т. е. с изрубленными и скрученными в веревочки полосками льна.



Памятники древней письменности и искусства - сборник выпускался Императорским Обществом любителей древней письменности. Книга содержит материалы по истории техники книжного дела и иконописи из русских и сербских рукописей и др. источников. Симони Павел Константинович (1859 – 1939) – филолог, книговед, библиограф 

Скачать книгу, PDF, 6.68 Мб

Russian painter adorning walls at Holy Ascension Orthodox

Sunday, May 8, 2011

Iconographers Alexander Chernyy of Moscow (left) and Dmitry Shkolnik, who lives in California, prepare to paint the apse of Holy Ascension Orthodox Church in Mount Pleasant.

---

Dmitry Shkolnik is not your typical painter.

He paints on walls. He paints iconic images of Jesus and Mary and the saints. He is the go-to man for many Orthodox Christians throughout America.

Shkolnik, a Russian born in Moscow, has been living in the U.S. for more than 30 years. His studio is near San Francisco, where he paints smaller panels that can be shipped to churches throughout the country. He is assisted by Aleksandre Mchedlishuili, a Georgian who came to the States in 2006.

Iconographers Alexander Chernyy of Moscow (left) and Dmitry Shkolnik, who lives in California, scrutinize the interior of Holy Ascension Church. They will be working with a third painter, Aleksandre Mchedlishuili.

They are in Mount Pleasant this month to paint the east wall, an arched and concave apse, of Holy Ascension Orthodox Church in the I'On neighborhood. They are joined by Alexander Chernyy, who flew in from Moscow to help. 

All Orthodox churches point eastward, and the goal is to cover all the walls with iconographic murals, according to Fr. John Parker, rector of Holy Ascension. This phase, made possible by a gift made in memory of parishioner Barry Krebs, who died last year, will be limited to the apse, but the painters already are envisioning the rest of the murals. 

The apse will portray three traditional scenes. At the top, the Virgin of the Sign -- an image from Isaiah 7:14 -- will show Mary flanked by two angels with a medallion image of Jesus Christ in her womb. In the center, the Last Supper will be pictured showing Jesus Christ distributing Communion to the 12 Apostles. The bottom portion of the wall will show the six main authors of the ancient liturgical services of the Church. 

Holy Ascension is part of the Orthodox Church in America, which is aligned with Russian Orthodoxy. The church building is intimate and unusual, Shkolnik said. 

Most new Orthodox churches in the U.S. share a problem: a lack of historical knowledge. But Holy Ascension marries beautiful aesthetics with pious tradition, he said. And it's built well. The painters will work with plaster walls, not drywall. This means they can use a long-lasting silicon paint developed in Germany in the 19th century. 

Religious paintings in Western art are often compelling images that tell stories, express emotion or convey the significance of a particular figure. But icons are something else: They are objects of art imbued with the spirit of God and are meant to be venerated.
In Orthodox Christianity, icons are central to the worship experience. These images typically are painted on wood but are often made with ceramics, mosaic tiles, embroidery, metals or other materials. Meant to be an integrated part of religious rites, they describe Scriptures through images. 

Icons are artful, but not merely art, historians and theologians are quick to point out. They are beautiful, but their beauty is less a result of the maker's skill than a consequence of the subject matter they symbolize: the holiness of the Virgin, the grace of Christ, the love of God. The images are thought to be sacred manifestations of the divine subjects they portray. 

When objects depicting religious themes and figures are made thus holy, it is said that miracles can happen. 

"Such elaborate decoration is a visual reminder to the worshiper not only of the beauty of God, but also that our earthly worship joins the eternal worship of God in heaven and we are 'surrounded by a great cloud of witnesses,' " Parker said, citing Hebrews 12:1.

The panels of the templon, or barrier between the altar and nave of the church, were painted by Dmitry Shkolnik.

Shkolnik said the images change somewhat over the years, depending on stylistic trends, but always must refer to the long lineage of iconography. This means a new image is no mere "copy" of an older one, he said, but rather combines stylistic elements to make something immediately recognizable and worthy of veneration. 

The more things change, the more they stay the same. Or perhaps it's the other way around. 

The altar at Holy Ascension already consists of a large wooden templon, or barrier, that separates the nave and altar. It is decorated with panels and columns portraying religious figures painted by Shkolnik. 

Eventually, he and his team will paint the other walls and the dome of the little church, covering the interior with iconography. While the central image on the east wall will be Mary of the Sign, the west wall of most Orthodox churches typically has the Last Judgment and/or the dormition (death) of Mary, Parker said.
To the east is new life and the promise of everlasting salvation. To the west, the image "reminds us that all of us will die one day and stand before the judge," Parker said.

The Icons' Journey from Egypt to Los Angeles

The Heavenly Ladder of Saint John Climacus, late 12th century, The Holy Monastery of Saint Catherine, Sinai, Egypt

Holy Image, Hallowed Ground: Icons from Sinai (November 14, 2006–March 4, 2007 at the Getty Center)

This exhibition offers an unprecedented look at some of the oldest surviving icons from the Byzantine world, and provides rare insight into monastic life, past and present, at the remote Holy Monastery of Saint Catherine.

Lying in the shadow of Mount Sinai in Egypt, the Holy Monastery of Saint Catherine is the world's oldest continuously operating Christian monastery. Since the third century, monks have resided here, at the foot of the mountain where Moses is said to have encountered God. The present church and monastery walls were commissioned by the Byzantine emperor Justinian, who ruled over most of the Mediterranean region, including the Sinai peninsula, between 527 and 565.

Fifty-three objects have traveled from the monastery in Sinai for this exhibition. All were either commissioned by the monastery or received as gifts and have remained in the continuous care of generations of monks at Saint Catherine's.

Because of its geographic and political isolation from the Byzantine Empire, the monastery escaped the destruction of religious images that was sanctioned by Byzantine emperors during the period of Iconoclasm in the 700s and 800s. The veneration of icons continued uninterrupted at Sinai, and over the centuries the monastery both commissioned and received as gifts numerous icons, manuscripts, and liturgical objects.

Today, Saint Catherine's monastery is the world's largest repository of Byzantine icons. The works on display underscore the icon's central role in religious practice and introduce the public to the compelling history of Saint Catherine's.



Moses Receiving the Law Before the Burning Bush, about 1050–1100, The Holy Monastery of Saint Catherine, Sinai, Egypt. This icon depicts Moses receiving the Ten Commandments on Mount Sinai. The Burning Bush, seen at his feet, grows within the walls of Saint Catherine's monastery. 

The Icons' Journey from Egypt to Los Angeles

Many of the 52 precious objects in the exhibition Holy Image, Hallowed Ground: Icons from Sinai left their home at the Holy Monastery of Saint Catherine, the world's oldest continuously operating monastery, for the first time. Over a year of preparation, conservation work, and careful planning went into this logistical feat.

Conservators and curators from the J. Paul Getty Museum worked with the monks of Saint Catherine's to devise innovative ways to protect these treasures on their nearly 8,000-mile journey to Los Angeles.The planning involved careful documentation; close collaboration between the monks, conservators, and preparators; and the building of tailor-made crates and display cases that protect against bumps and vibrations as well as small changes in humidity.

Many of the objects traveled from Sinai for the first time for this exhibition. The icons are painted on wooden panels, which expand and contract with changing humidity. Because they have adapted to the dry desert climate over the centuries, they are especially sensitive to changes in humidity. Sinai is extremely dry, with relative humidity inside the monastery rarely exceeding 30 percent. Los Angeles, although it is located on the edge of a desert, has an average humidity between 65 and 79 percent. Because of this extreme change, Getty conservators took unprecedented measures to keep the objects from Sinai in a stable climate during transport and while they are on display at the Getty Center. 
Bringing the Desert to the Getty Center
So how do they do it?



Shipping crates were custom built to carry the objects traveling from Sinai. Each double crate is composed of over 25 layers of materials that provide shock absorption and minimize changes in temperature and humidity.

First, conservators and preparators built special shipping crates for each object. Each crate is composed of more than 25 layers of materials, which provided shock absorption and humidity control while the objects were in transit. Objects have their own cases, which are then placed in a wooden crate. Each crate is then suspended within a second crate, with a layer of air and cylinders made from a special visco-elastic polymer—called Sorbothane—in between them to provide maximum shock absorption. Other layers include various types of foam for insulation and cushioning, aluminum laminate to seal the wood, thermic tape to create a humidity and temperature barrier, and silicon to seal corner joints against humidity.

Second, the Getty's facilities staff used dehumidifiers to temporarily reduce the relative humidity in the Exhibitions Pavilion at the Getty Center during the two-week installation period. Once the objects were removed from their shipping crates and installed in climate-controlled display cases, the relative humidity in the room was returned to the usual 50–55 percent level.

Finally, Getty preparators designed and built climate-controlled display cases for each of the 52 objects. Hidden silica gel packs absorb the moisture from the air in order to keep the humidity within the cases at 27–32 percent humidity. Computerized data loggers in individual cases also take constant humidity readings.

Preparing to Pack



Getty staff traveled to the monastery to examine the objects in preparation for the move. Here, conservator Brian Considine examines a panel painting.
Ready to go? Not quite. Before the artworks could begin the journey, their pre-move condition was recorded in minute detail.

Because many of these objects show signs of their use as ritual objects over hundreds of years, it was important to document their condition before they were moved. This documentation ensured that the objects arrived at the Getty Center in the same condition that they left Sinai. Conservators and preparators traveled to Sinai to study the objects and draw up condition reports, which were kept with the artworks during transit.
Staff working in Sinai took detailed measurements of the objects and sent them back to the Getty Center, where preparators and mountmakers created the custom crates and the mounts for the exhibition.

See also: http://expertmus.livejournal.com/71856.html
http://expertmus.livejournal.com/71501.html

Есть ли у икон Музея имени Андрея Рублева в США судебный иммунитет?

21 января 2011 г. (11:53) ведущее российское информационное агентсво ИНТЕРФАКС сообщило, что «уникальная коллекция икон из Центрального музея древнерусской культуры и искусства им. Андрея Рублева (ЦМиАР) может попасть под арест в США. Недавно эта коллекция была вывезена администрацией ЦМиАР в частный американский музей Гордона Ланктона. Русские иконы пробудут в Соединенных Штатах до июля 2011 г., сообщили корреспонденту "Интерфакс-Религия" представители научного коллектива Музея им. Андрея Рублева»: http://www.interfax-religion.ru/?act=news&div=39188

Как стало известно из выступления министра культуры РФ Александра Авдеева 19 января 2011 г. в прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы", в результате притязаний американской стороны на "библиотеку Шнеерсона" "вся российская собственность, не прикрытая дипломатическим иммунитетом, на территории США может быть арестована". В частности, министр напомнил, что ранее одна американская общественная организация "совершенно незаконно" потребовала "коллекцию Шнеерсона" из Российской государственной библиотеки и обратилась в американский суд - в результате суд постановил передать коллекцию этой организации. 

Как сообщалось, 6 августа 2010 г. федеральный судья в Вашингтоне Ройс Ламберт постановил, что расположенная в США головная организация любавичских хасидов «Агудас Хасидей Хабад» (Agudas Chasidei Chabad) доказала свое право на библиотеку Шнеерсона, которые, по его определению, хранятся в Российской государственной библиотеке и Российском военном архиве «незаконно». При этом судья изначально постановил, что не вправе рассматривать вопрос о судьбе всей библиотеки и может принимать решения лишь по ее части - семейному архиву Шнеерсонов, который включает более 25 тыс. стр. рукописей, писем и других материалов. Решение в пользу хасидов, принятое судьей Ройсом Ламбертом, основано на законе США 1976 г. «Об иностранном суверенном иммунитете» (US Foreign Sovereign Immunities Act), позволяющем американским судам вести дела против других суверенных государств, включая их правительства. В свою очередь МИД РФ заявил о незаконности такого решения судьи.



Указанный Закон об иммунитетах иностранных государств был принят в США в 1976 г., а в 1978 г. аналогичный Закон об иммунитете государства появился в Великобритании. В законе США 1976 г. указано, что иммунитет не будет признаваться, «когда основаниями для иска служат коммерческая деятельность, осуществляемая иностранным государством в Соединенных Штатах, или действие, совершенное за пределами Соединенных Штатов в связи с коммерческой деятельностью иностранного государства вне Соединенных Штатов, если это действие имеет прямые последствия для Соединенных Штатов» [§ 1605(а)2]. На имущество иностранного государства, находящееся в США и используемое для коммерческой деятельности в этой стране, не распространяется иммунитет от мер по аресту для обеспечения иска и от мер по обращению взыскания на имущество на основании судебного решения.

В законе США 1976 г. указывается также, к какому критерию должны прибегать американские суды, чтобы определить, какие действия являются публично-правовыми, а какие — частно-правовыми. По этому вопросу суды в разных странах, в том числе и в США, выносили различные решения. В законе США 1976 г. в качестве такого критерия избрана не цель, а характер, природа операции или отдельной сделки [§ 1603(d)]. Там говорится, что «коммерческая деятельность» означает либо регулярное осуществление коммерческого поведения, либо конкретное коммерческое действие или акт. Коммерческий характер любой деятельности определяется характером осуществления поведения или конкретного действия либо акта, а не ее целью. Английский Закон об иммунитете государства 1978 г. определяет коммерческое действие при помощи описания его характера и перечисления типов соответствующих контрактов (ст. 3).

В деле по иску к советским информационным агентствам ТАСС и АПН (решение федерального суда Нью-Йорка от 23 января 1978 г.), которые подготовили материал, опубликованный в газетах «Советская Россия», «Красная звезда» и других изданиях, то есть за пределами США, истец ссылался на то, что эти действия имели «прямые» последствия в США. Истец доказывал (и это имеет наиболее существенное значение с точки зрения применения на практике закона США 1976 г.), что речь идет именно о коммерческой деятельности и в случае такой деятельности иммунитет не должен предоставляться. Однако суд с такими доводами не согласился. Он исходил из того, что действия информационных агентств не связаны с каким-либо контрактом и не могут рассматриваться как коммерческая деятельность. Суд пришел к выводу, что советские организации пользуются иммунитетом от юрисдикции судов в соответствии с Законом США об иммунитетах иностранных государств 1976 г.

Определенное практическое значение имеет вопрос об обратном действии этого закона. Данный вопрос был центральным в деле Jackson v. People's Republic of China (1986 г.). Речь шла о претензиях держателей облигаций, выпущенных правительством Китая в 1911 г. Правительство КНР, к которому был предъявлен иск, неоднократно заявляло, что оно не несет никаких обязательств по внешним долгам бывшего китайского правительства, и настаивало на признании иммунитета. Хотя суд пришел к выводу, что выпуск государством облигаций в соответствии с § 1603(6) закона США 1976 г. следует квалифицировать как коммерческую деятельность, иммунитет государства должен быть признан, поскольку закон не может иметь обратной силы. При рассмотрении этого дела правительство КНР заявило, что теория ограниченного иммунитета не может быть обязательной для тех стран, которые ее не признают. По мнению китайского правительства, эта теория «применима только к той группе стран, которые ее признали, и не применима в отношении Китая, который продолжает придерживаться принципа абсолютного иммунитета».

На решение по данному делу сослался другой суд США при рассмотрении в 1988 г. иска держателей царских займов к правительству СССР. В иске было отказано со ссылкой на то, что закон США 1976 г. не имеет обратной силы.
Законы об иммунитете, исходящие из аналогичных принципов, что и закон США, были приняты в Канаде (1981 г.), Австралии (1981 г.), Пакистане (1981 г.), Сингапуре (1979 г.), ЮАР (1981 г.).

В законодательные акты США, Великобритании и других государств, принятые в последние годы, а также в некоторые международные соглашения были включены специальные правила, касающиеся тех случаев, когда иностранное государство является собственником недвижимого имущества, находящегося на территории государства суда, а также случаев возможного наследования имущества иностранным государством по закону или по завещанию. Так, согласно Европейской конвенции об иммунитете государств от 16 мая 1972 г., иммунитет не признается, если иностранное государство отказалось от иммунитета; само предъявило иск; спор возник по трудовому контракту, в связи с недвижимостью, требованиями о возмещении ущерба, охраной прав промышленной собственности, а также деятельностью de jure gestionis, осуществляемой бюро или агентством государства в стране суда. Если сравнивать эту конвенцию с законом США 1976 г., то можно заметить, что в ней речь идет о действиях не только коммерческого, но и вообще частно-правового характера и что центр тяжести в вопросе о непризнании иммунитета перенесен на наличие территориальной связи, необходимой для установления юрисдикции данного государства.

Комиссия международного права в 1991 г. приняла проект статей о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности и рекомендовала Генеральной Ассамблее ООН созвать международную конференцию для рассмотрения этого проекта. До принятия универсальной международной конвенции по этому вопросу существенную роль продолжает играть судебная практика каждого государства, хотя решения суда одной страны могут использоваться и во всяком случае учитываться при рассмотрении аналогичного дела в другой стране.



Характерный пример дает практика Франции. В этой связи следует остановиться на решении Парижского суда Большой инстанции от 16 нюня 1993 г.

В связи с проведением в Центре искусства и культуры имени Жоржа Помпиду выставки картин Анри Матисса из Государственного Эрмитажа и Государственного музея изобразительных искусств имени А. С. Пушкина (ГМИИ) дочь коллекционера С. И. Щукина Ирина Щукива-Келлер, а также некий И. Коновалов, утверждающий, что он является внуком другого известного собирателя западной живописи И. Морозова, предъявили ряд исков к Российской Федерации, Государственному Эрмитажу, ГМИИ имени Л. С. Пушкина и Центру Помпиду. Истцы требовали наложения предварительного ареста на картины и каталоги выставки, признания их права собственности на картины и выплаты им возмещения в крупных суммах. Картины перешли в собственность государства на основании декретов о национализации 1918 г.

Решением суда в исках Щукиной и Коновалову было отказано со ссылкой на принцип судебного иммунитета государства и его собственности.

От имени Российского государства в суде было заявлено, что акт о национализации представляет собой осуществление публичной власти государства и касался коллекции картин, принадлежащей его гражданам и находящимся на его территории. Кроме того, было обращено внимание суда на то, что иммунитетом от принудительных мер пользуется не только государство как таковое, но также два музея, осуществляющие хранение картин в рамках выполнения публично-правовых функций в области культуры, на что они были уполномочены Министерством культуры РФ.

Суд согласился с этими доводами и признал, что при отсутствии согласия государства на рассмотрение дела иски не могут быть предметом рассмотрения суда. На этом же основании суд отказал истцам в отношении их требований об осуществлении мер принудительного характера в отношении картин.

Дальше эстафету принял внук Щукина Андре-Марк Делон-Фурко, который с 1993-го по 2004 г. подавал исковые заявления в суды Парижа, Рима и Лос-Анджелеса.

В 2005 г. картины из ГМИИ, предоставленные для выставки одной из швейцарских галерей, были арестованы после того, как небезызвестная фирма «Noga» подала иск против России. Вскоре, правда, арест с картин был снят, и их отправили обратно в Россию, но именно после этого случая Россия стала крайне осторожно вывозить картины за рубеж.



При подготовке выставки «Из России…», которая открылась в Лондоне в январе 2008 г., британские власти долго медлили с предоставлением официального гарантийного письма, которое бы заверило Королевскую академию искусств в том, что произведения искусства будут защищены от ареста. Представитель министерства министерства по делам культуры, СМИ и спорта тогда признал, что ситуация непростая и, с точки зрения британских законов, не имеет прецедента. Юридическая экспертиза, по его словам, заключается в проверке Королевской академией всех картин на предмет «чистоты происхождения», «поскольку британское правительство, по словам представителя, пока не удостоверилось в том, что академия провела «тщательную юридическую экспертизу всех произведений искусства»...