От редакции. Многие, наверняка, заметили, что как только в обществе возникает какой-либо серьезный «раздражитель», будь то Пикалево или Бирюлево, как тотчас же на головы бедных россиян сыплются в изобилии путинские указы, призванные продемонстрировать заботу бессменного вождя о своём народе:-) Правда, дальнейшая судьба таких скороспелых указов уже мало кого волнует, как только удаётся сбить градус общественного напряжения. А они благополучно
Помнится, какой огромный общественный резонанс возник вокруг скандальной кражи из Эрмитажа, который даже вынудил президента Путина дать поручение в 2006 г. провести тотальную инвентаризацию музейных фондов - кому бы вы думали? … нынешнему премьеру Д.А. Медведеву: http://expertmus.livejournal.com/63462.h
Стыдно сказать, но Россия в XXI веке до сих пор не располагает даже полным банком данным на все свои музейные коллекции, какое уж там Сколково! У чиновников налицо значительные расхождения в оценках объемов российского музейного фонда: Михаил Швыдкой в бытность руководителем ФАКК Роскультуры называл цифру в 50 млн. ед.хр., бывший замруководителя Росохранкультуры Анатолий Вилков говорил уже о 100 млн., бывший замминистра культуры Андрей Бусыгин озвучил общее количество музейных предметов в 72,7 млн. единиц, а бывший замруководителя Росохранкультуры Виктор Петраков в октябре 2008 г. указал 83 млн. проверенных комиссией предметов…
Как ни странно, новый министр культуры Владимир Мединский совершенно отстранился от задачи тотальной инвентаризации музейных фондов, указанной 7 лет назад Путиным, зато проводит одну зарубежную выставку за другой, хотя эксперты не раз предупреждали, что бесконтрольный вывоз экспонатов создает благоприятную среду для подмены подлинников. Дело в том, что в СССР в своё время вышло постановление Минкультуры об обязательном исследовании всех произведений искусства, участвовавших в зарубежных выставках, дабы избавиться от фальшаков. Теперь таких требований нет, поэтому директор галереи «Совком» Юрий Тюхтин, например, вполне допускает, что «подмены оригиналов широко распространены, так что во время проверки музеев я порекомендовал бы обращать внимание не только на наличие экспонатов, но и на их подлинность»!
Напомним, что всемирно известный эксперт Владимир Тетерятников (1938–2000) неоднократно высказывался в прессе о безответственности и корысти российских искусствоведов, особенно в «профессорском звании». Рассказывал, как «ценят» их западные жулики:-)
Действительно, кому как не «рублевцам» хорошо известны все подпольные махинации проворовавшегося директора Музея Рублева Геннадия Попова, важно именующего себя «доктором искусствоведения профессором», который позорит музейное сообщество своими безграмотными разглагольствованиями в программе «Православная энциклопедия», что якобы для старения иконы «на доску клали сырое мясо, и кровь пропитывала ее с двух сторон» (см. видео)?!
Так что легко можете себе представить состояние одной из хранительниц икон в нашем Музее имени Андрея Рублева, когда она с ужасом обнаружила вместо подлинников икон … фальшаки:-( К сожалению, вместо того чтобы бить во все колокола, она имела неосторожность поделиться сем фактом со священником Александром Салтыковым, который не раз был уличен во лжи: http://expertmus.livejournal.com/15340.h
Для справки: как сообщил недавно на пресс-конференции в Киеве наместник Киево-Печерской лавры митрополит Вышгородский и Чернобыльский Павел, в Киево-Печерской лавре была обнаружена подпольная лаборатория по изготовлению фальшивых предметов древности. По его словам, представители Киево-Печерской лавры сразу уже обратились в Службу безопасности Украины, районный отдел милиции Печерского района Киева и к генеральному прокурору Украины с просьбой расследовать факт создания и функционирования ПРИ МУЗЕЕ в помещениях одного из корпусов лавры подпольной лаборатории по изготовлению подделок. Любители антиквариата оборудовали помещение плавильной печью и десятками матриц для изготовления ювелирных украшений, орденов и крестов, включая ордена Ленина и Красной Звезды. Милиционеры обнаружили в этой подпольной лаборатории много ювелирного лома, драгоценных камней и даже подделки под скифские находки…
Характерно, что в Третьяковской галерее, когда работавший там эксперт Тетерятников выявил в фондах 20 (двадцать!) фальшаков и поднял вопрос о полномасштабной экспертизе икон, администрация на это не пошла. А в 2008 г. Третьяковская галерея в результате внутренней проверки выявила около сотни ошибок, допущенных специалистами музея при проведении экспертиз подлинности произведений искусства несколько лет назад. «Третьяковка изучила три каталога, в которых опубликовано более пятисот картин, оказавшихся подделками, и на некоторые из которых ранее были выданы ошибочные заключения об их подлинности. Из 215 заключений, выданных экспертами ГТГ, 94 оказались ошибочными», - сообщили российские информ-агентства.
В 1989 г. в Москве бесследно исчез антиквар Гарабед Крикор Басманджан, который участвовал в крупных операциях по незаконному вывозу из России художественных ценностей. Как удалось установить следствию, его тело сожгли в КОТЕЛЬНОЙ одного из музеев на Петровке. Эта московская КОТЕЛЬНАЯ упоминается еще в 5 (!) уголовных делах об исчезновении людей, так или иначе связанных с антикварным рынком. Сразу вспоминается фильм «Кочегар» выдающегося режиссера Алексея Балабанова …
В мае 2003 г. исчез питерский антиквар Аркадий Тульчин, в антикварных салонах которого «ХIХ век» хранились работы Фаберже, Кехле и Болина, а также екатерининские подвески и серьги времен Петра I, бриллиантовые колье, подарочные медальоны, усыпанные драгоценными камнями. Поскольку тело НЕ НАШЛИ, то уголовное дело вскоре закрыли. Следователя, который занимался ФАЛЬШАКАМИ в Третьяковке – убили. Поэтому даже те друзья нашего музейного сайта, которые в курсе дела, молчат на эту тему:-(
Что уж тут удивляться, что при таком чудовищном размахе преступной деятельности ФАЛЬШАКИ обнаружены даже в личных коллекциях бывшего директора ФСБ РФ Путина и патриарха Кирилла!
См. по данной теме -
В коллекциях Патриарха и Путина обнаружены подделки: http://rublev-museum.livejournal.com/233
ФАЛЬШАКИ: http://expertmus.livejournal.com/63555.h
https://www.academia.edu/2147105/The_mys
Администрация ЦМиАР устроила торг в ХРАМЕ: http://rublev-museum.livejournal.com/407
Прокуратура выявила фальшак после реставрации: http://rublev-museum.livejournal.com/223
В 1990-е в Эрмитаже торговали ценностями: http://rublev-museum.livejournal.com/241
«Задурок» - это очень точное, хлесткое определение поддельной иконы родилось в XIX в., в среде иконописцев - «старинщиков» Владимирской губернии. Местность, определяемая искусствоведами как владимирские села, являла собой крупнейший иконописный центр, снабжавший Россию иконами на любой вкус и кошелек. Иконописцы знаменитых сел Палеха и Мстеры изготавливали традиционную иконную продукцию, ориентированную на достижения старых мастеров, привнося в нее новые веяния в разработке сюжетов, экспериментируя с формой основы и устоявшейся веками композицией. В Холуе же отдавали предпочтение «расхожей», предназначенной для массового рынка иконе, делая акцент на удешевление и увеличение количества выпускаемой продукции. Если в упомянутых Палехе и Мстере представители взыскательных заказчиков рассчитывали приобрести мастерски выполненные иконы – то в Холуй они ехали за древними образами. Вначале покупателями были получившие послабление старообрядцы, а впоследствии и перекупщики, снабжавшие древностями богатых коллекционеров.
Чудо великомученика Георгия Победоносца о змие.
Начало ХXI в. Из собрания А.В. Ильина.
Откуда, собственно, в Холуе так много древних икон? Все просто – технологию изготовления образов довели до копеечной, для реализации этой продукции использовалась система ярмарочной торговли. Наиболее крупная Макарьевская ярмарка, на которую свозили товар со всей России и из-за границы, проходила в Нижнем Новгороде; наряду с особо крупными проходили и ярмарки местечковые, однако имевшие известность далеко за пределами города или иного поселения. По маршрутам, проходившим через места проведения ярмарок, но стараясь не пересекаться с ними по времени, и передвигались холуйские офени с возами, нагруженными дешевой иконой. По пути, останавливаясь в деревнях, продавали или меняли свой товар на иконы древние, почерневшие, утратившие первоначальный внешний вид. Холуйский товар, расцвеченный лаками, оклеенный блестящей фольгой, выглядел привлекательно – этим и пользовались опытные торговцы. С удовольствием меняли деревенские жители дедовские иконы на красивые. Домой офени возвращались с деньгами и возами, загруженными почерневшими иконами.
Для тех, кто не в курсе: чернели иконы оттого, что лаков качественных тогда не знали, для покровной пленки использовали олифу, которая через 60–70 лет, а если она была некачественно сварена, то и того раньше, имела свойство темнеть, да и печи в крестьянских избах добавляли копоти. Оборотную сторону иконы часто, особенно в средней полосе России, обрабатывали чесночным раствором от шашеля (жучок-древоед), который также придавал древесине насыщенный черный цвет. Привезенный товар сортировали, наиболее сохранившиеся и древние увозили в Москву перекупщики, какие-то реставрировались и уже затем продавались, оставшиеся использовались как основа для новых икон.
Со временем древние образа с проторенных маршрутов выбирались, спрос на них увеличивался, и приспособились холуяне древности изготавливать (по имеющимся сведениям, подделки изготавливали также и в Мстере –отличались они от холуйских особым совершенством). Такие изделия, имеющие целью обмануть покупателя, и назывались «задурками». Для основы использовали старые, утратившие изображение иконы и писали на них образа в подражание древним, перед покрытием состаренной олифой виртуозно, тонкой кистью рисовали имитацию кракелюра. Более изобретательные поддельщики ломали левкас, добиваясь видимости естественно приобретенного кракелюра, – для этого паволоку (холстина, служащая арматурой между левкасом и доской) сначала просто натягивали на доску без проклейки, затем левкасили (наносили на нее меловой клей или алебастр), после просушки ломали и приклеивали на старую исконную доску. Такая икона после нанесения изображения, покрытая олифой с добавлением копоти, да еще прожаренная в остывающей печи, для любителя древности выглядела убедительно. Еще более искусные обманщики на ломаный левкас наносили два изображения, одно поверх другого, с промежуточным слоем искусственно состаренной олифы, наружный слой также крыли копотью, жарили в печи – и на выходе получался «задурок», подразумевающий особую древность первоначального слоя и способный ввести в заблуждение видавшего виды специалиста.
К слову сказать, искусствовед Никита Голейзовский даже поставил под сомнение подлинность рублевской «Троицы» на основании всего лишь того, что «на всем изображении - где три ангела, трапеза и подножие - нет ни одного кракелюра, это видно даже на обычной макросъемке. Этого не заметил ни один реставратор! Левкас у Рублева был великолепный, и кракелюрчики у него должны быть мелкие, тонкие, как у Дионисия. Раз их вообще нет, значит, и ста лет еще не прошло!»: http://izvestia.ru/news/358877
Сегодня холуйские подделки, за редким исключением, различаются довольно легко, для опытного искусствоведа или собирателя эта продукция известна. Использование микроскопа в изучении подделок XIX в. с записью облегчает задачу. Дело в том, что древние иконы имеют богатые красочные смеси, пигменты для них перетирали в ступке, и отличались они неоднородностью. Кроме того, в составе, например, красного цвета имелась киноварь, белила, сажа, еще какой-нибудь пигмент. А если нужно было сделать зеленый, брали азурит и аурипигмент – вначале наносили крупный аурипигмент, затем мелкотертый азурит; стекая, синий азурит обнажал желтый аурипигмент – при высыхании визуально такая смесь давала зеленый. При осмотре древней живописи в микроскоп каждый пигмент в смеси имеет разный дисперсионный объем.
В отличие от древнего иконописца, изготовители «задурков» использовали подручные, как правило, фабричные мелкотертые, состоящие из одного пигмента краски. Первый и второй слои писали с одной палитры. При сильном увеличении однородная фактура, отсутствие смесей хорошо просматриваются. После революции 1917 г. необходимость в таких специалистах отпала, иконописцы владимирских сел переключились на роспись шкатулок из папье-маше, которые и принесли мировую славу иконописному когда-то центру. В 60-е годы ХХ в. в среде художественной интеллигенции проявился интерес к собиранию древней иконы. В силу немногочисленности энтузиастов и оттого, что подавляющее большинство храмов в советское время было порушено, убранство отдаленных не вывозилось централизованно и оседало у местных жителей – икон желающим спасать художественное наследие России тогда хватало. Другое дело годы 90-е – резкий подъем частной торговли потребовал большого количества произведений искусства. Многочисленные экспедиции по Русскому Северу, кражи икон из церквей и частных домов с трудом поспевали за растущей потребностью. Чтобы удовлетворить спрос, авантюрно настроенные торговцы иконами стали пытаться что-то делать сами – вновь пошли в ход старые доски, на которых рисовались лики святых и замазывались чем попало – лишь бы походило на древность.
Постепенно мастерство изготовителей подделок совершенствовалось, вспомнили ломаный левкас, прожарку (теперь уже в духовке газовой плиты), но справедливости ради нужно сказать, что внутри России огромный объем подобной продукции никак не сказывался на торговле настоящими древностями в силу того, что опытный специалист достаточно легко распознавал изделие «под старину», чего не скажешь о сегодняшних молодых искусствоведах, писавших во время учебы рефераты по древней византийской иконе. Для них, не имеющих «насмотренности» в силу недостатка под рукой наглядного материала, распознавание подделок вообще представляется затруднительным. Этот поток удовлетворял спрос на русские иконы за границей. Примечательно, что вывозили новодельные иконы «под старину» контрабандным путем, наравне с дешевыми настоящими иконами, теми самыми расхожими холуйскими, успевшими состариться естественным образом.
Контрабандист рассказывает корреспонденту польской газеты о своем бизнесе и о том, как он сам лично рисует иконы, при этом держит в руках настоящую старую икону (фото из польской газеты).
Способ переправки через границу был обыкновенный: в те годы расцвел челночный бизнес – в Польшу, например, везли сковороды, утюги, даже носовые платки. После реализации привезенного товара на вырученные деньги закупался заграничный и продавался уже в России. Товар в Варшаву везли большими баулами, пограничники из-за нехватки времени проверку производили выборочно, этим пользовались наиболее смелые и авантюрные торговцы: брали поначалу на пробу одну-две иконы, доставшиеся по наследству от бабушки. Дело оказалось выгодным настолько, что некоторые напрямую освоили профессию контрабандиста. Ездили группами – ярославские, например, на поезде Кострома-Варшава, брали полностью купе, наряду с обычным товаром загружали сумки с иконами – старыми и новодельными, за время следования состава до Брестской таможни слесарным инструментом раскручивали обшивку купе, вытаскивали утеплитель, а в освободившееся пространство укладывали иконы. Утеплитель выкидывали в окно. С польской стороны границы процесс повторялся в обратном порядке. Поезда – пражский, берлинский, варшавский – те, которые проходили через польскую столицу, в то время были веселые и пьяные: знакомились друг с другом, с проводниками, у которых были свои потайные местечки в вагоне, контакт с КГБ и прочие радости жизни. Постепенно процесс налаживался, установилась такса провоза икон проводниками, утеплитель из знакомых вагонов уже не приходилось выкидывать, шурупы, крепившие обшивку, выкручивались без усилия.
Текст статьи в польской газете о торговцах иконами.
Правоохранительные органы ситуацию знали и контролировали ее должным образом: как только ошалевший от безнаказанности контрабандист вместо обычных 10–15 икон загружал в поезд 50 – на границе его встречали таможенники, журналисты и телевизионщики, иконы с помпой вынимались из-под обшивки купе, из потолочных пазух тамбура, телевидение делало рейтинговый репортаж, пресса не отставала, в результате встречающие были довольны. Сами контрабандисты при этом редко становились фигурантами уголовных дел, потому как доказать, кто и когда засунул иконы под обшивку, представлялось затруднительным. Успешно провезенные иконы открыто реализовывались на небольшом варшавском рынке Кола, недалеко от железнодорожного вокзала, либо на огромном стадионе, перепрофилированном за ненадобностью в базар. Польша при этом была лишь перевалочной торговой площадкой – иконы продолжали свой путь в Германию и Италию.
Для того чтобы изготовить хорошую подделку, необходимы фундаментальные знания искусствоведа, реставратора и художника. Именно по этой причине поддельных древних икон в сравнении с поддельными картинами несоизмеримо меньше (на самом деле поддельная картина не совсем поддельная – как правило, на настоящей старой картине подделывается только подпись более «дорогого» художника). На древних иконах авторы подпись не ставили, и на разнице авторитетов торговцу сыграть не получится – приходится продавать не подпись, а живопись. Изготовить подделку «под древность» архисложно, это штучный товар, имеющий в случае разоблачения широкий резонанс в искусствоведческом сообществе, первый же промах ставит фальсификатора в крайне затруднительное положение, поскольку стиль у всех изготовленных им икон одинаковый. Кроме скандального разоблачения и финансовых претензий людей, купивших ранее изготовленные «новоделы», его ждут и другие проблемы: для продолжения карьеры ему придется изменить «почерк», а это, к удовлетворению коллекционеров, практически невозможно. По этой причине следующие изделия горе-мастера продаются не более чем дорогие «новоделы».
Благодаря подробному освещению ситуации с подделками икон в новейшей истории читатель готов к восприятию термина «задурок». «Задурки», как можно в этом убедиться, изготавливают люди высокоинтеллектуальные, кроме художественных и технических талантов обладающие чувством юмора и глубоким знанием психологии собирателя. Поскольку «задурок» не выдерживает первой же технической экспертизы, он рассчитан на визуальный эффект и быстрое принятие решения о покупке. Для успеха, кроме изготовления вожделенного для коллекционера экспоната, требуется «сопровождение» в виде небольшого спектакля, знание конъюнктуры рынка и цен на предлагаемый товар, с расчетом занизить обычную цену как минимум вполовину, и только после этого можно закинуть удочку и ждать «поклевки» азартного коллекционера.
Как признался коллекционер Александр Ильин, его как-то угораздило «клюнуть» на такую наживку. Ильину позвонилл вологодский антиквар Виктор Эдуардович, имевший экзотическое прозвище Ананас, и взволнованным голосом сообщил, что в Каргополе (когда-то Мекка для собирателей икон) «образовалась» икона Георгия Победоносца. Хозяевам местные музейщики определили ее XVI в., а поскольку Виктор Эдуардович дает в местных газетах объявления о покупке антиквариата, особо указывая при этом, что покупает не для перепродажи, а исключительно с целью приведения в порядок и экспонирования на выставках, – к нему и обратились с предложением купить. Далее Ананас сообщил, что сумму просят большую, сам он не решается на такую трату, поэтому съездит, сфотографирует, покажет мне и еще кому-нибудь.
Это «еще кому- нибудь» означает аукцион, шум поднимется, и шансов приобрести древнего «Георгия» стало бы меньше. Поэтому Александр Ильин сразу предложил предоставить ему право первого покупателя. «Ананас» позвонил хозяевам «Георгия» и договорился о встрече утром. Переночевав в гостинице, они поехали на окраину Каргополя смотреть предмет. Встретили их двое – женщина за рулем новой «Нивы» и мужик в охотничьем комбинезоне. Поздоровались, мужик достал с заднего сиденья икону: крупного формата образ Георгия – очень плотно вписанный всадник как будто старался раздвинуть тесные для него рамки ковчега, голова упиралась в небольшой сегмент неба, хвост и передние копыта – в лузгу, под поздней записью угадывался древний круп черного коня, в сколах поновительской живописи виднелся киноварный плащ Георгия, не совпадающий с контуром написанного позже.
Хотя и была договоренность о пробной расчистке перед покупкой, но Ильин решил, что музейщики ошиблись лет на сто – «Георгий» легко «укладывался в XV в.». И хотя лик у святого был затерт до санкиря, но в остальном, похоже, было все нормально: трещину можно стянуть, поверхность древнего левкаса была ровная, чинок, кроме сплошной записи XIX в., не было видно. Поэтому Ильин предложил «Ананасу» сразу отдать деньги, сколько просили. Но тот признался, что денег не брал вовсе, а ведь договаривались: Ананас берет для расчета с деревенскими русские деньги, а Ильин для расчета с ним – иностранные. Пришлось дать хозяевам пачку валюты, а те заявили, что денег таких не понимают и к оплате принять не могут, езжайте, говорят, в банк, меняйте на нормальные, потом созвонимся и встретимся.
В банке после продолжительных переговоров, объяснений о необходимости срочного расчета с сезонными рабочими пообещали через два часа поменять половину. Хозяева «Георгия» после занудного изучения банковской справки об обмене валюты согласились принять половину в незнакомых деньгах. Став обладатель «Георгия», «Ананас» тут же заломил с Ильина огромную сумму: за время до начала реставрации «Георгия» Виктор Эдуардович на вырученные деньги успел купить участок земли в престижном районе Кубенского озера под строительство дачи, оплатить покупку и доставку катера, договорился о закладке фундамента.
А Ильин тем временем успел похвастаться приобретением некоторым понимающим древнерусскую живопись коллекционерам, один из которых попросил разрешения сфотографироваться с «Георгием» на память, и искусствоведу - «древнерусснику», который вместе со всеми поздравил Ильина с удачным приобретением. После первой же пробной расчистки реставратор позвонил и поделился сомнениями относительно времени написания шедевра…
На этом история выдающегося «задурка» не закончилась. На «Болотцевских чтениях» в Ярославле, дожидаясь своего выступления и намереваясь рассказать собравшимся специалистам о любопытной подделке, Ильин показал «Георгия» одному из самых авторитетных специалистов по атрибуции произведений древнерусской живописи и посетовал на цену, которую пришлось заплатить за «задурок». Видимо, пропустив ключевое слово, этот «специалист» обратил мое внимание на то, какой шедевр откроется после реставрации, а узнав, что это «задурок», весь покраснел:-)
Один из сотрудников ГосНИИРа, увидев подделку на выставке из нашего собрания в Кирилловском музее, попросил разрешения изучить икону и удостовериться, что она действительно является фальсификатом. Сомнения опытных специалистов не случайны: икона «Георгия Победоносца» сделана человеком очень знающим, имеющим большую «насмотренность» в древних образах – не отреставрированных и выставленных в музеях, а на иконах, найденных первично, явленных на свет из чердаков и чуланов, привезенных из экспедиций сотрудниками государственных музеев или частными собирателями, – и была рассчитана на специалиста, способного на месте принять решение, будь то антиквар, понимающий, за что отдает деньги, или знакомый покупателю искусствовед, способный оценить особую древность предлагаемой иконы и дать на месте положительный отзыв.
Такого рода «задурок» рассчитан на принятие решения на основе визуального осмотра, поэтому фальсификаторы предусмотрели все: подобрали древнюю доску, очень грамотно, хотя и современными, в случае технической экспертизы легко распознаваемыми красками, написали первичное «древнее» изображение; грамотно угадав естественный цвет старой олифы, «закрыли» его, затем, не менее грамотно, имитировали непрофессиональную поновительскую запись «сельского богомаза», закрыли это изображение олифой и, не дожидаясь полного ее высыхания, втерли чердачную пыль – это создало эффект долго пролежавшего в нежилом помещении памятника; в нужных местах имитировали естественные сколы, позволяющие специалисту увидеть мельчайшие участки первоначальной живописи, каким-то непостижимым образом после написания иконы получили трещину основы, а также на левкасе, положенном на доску без паволоки, сумели получить естественный кракелюр. Кроме этого (совершенно продуманное решение!) затерли лик основного и единственного персонажа – такая утрата на поздней иконе ставит крест на возможности попасть в серьезную коллекцию, для древнего же памятника это не более чем очень досадное обстоятельство…
P.S. А вот «задурок» из наших дней под «Мстёру». Смотрится вполне:-)
© Блог экспертов Музея имени Андрея Рублева, 2013.
